Philadelphia: Smoke & Mirrors

Объявление



Лучшая пара:
Лучший игрок:


»Упрощенный прием!







Зефир, помощь ролевым

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Philadelphia: Smoke & Mirrors » FLOOD » О чем задумались?


О чем задумались?

Сообщений 61 страница 90 из 172

61

"Johnny, I hardly knew ye" вроде бы антивоенная песня, но в исполнении DM звучит на столько агрессивно, что стволы и барабаны хочется взять, и в путь.
Впрочем, как и после всех их песен.

0

62

На мне висит куча дел,ждут друзья, а я абсолютно не хочу никуда идти.

0

63

я очарован)))

0

64

Делать дела? Что? Зачем? Давайте лучше в сто первый раз обсудим сплетни и трансферы.

0

65

я хочу-хочу-хочу-хочу-хочу-хочу-хочу-хочу-хочу-хочу-хочу-хочу пост от Криса!!!
и.. я написала ответ Джеймсу? О.о

0

66

мне везет на сумасшедших женщин о_О

0

67

Сейчас будет совсем не мини. Наверное, неформат для данного раздела, но более подходящего места не  нашел. Если модераторы сочтут нужным, пусть перенесут в более подходящее место. Стихи. Не мои, автора не знаю, "цельнотянуто из инета" (с). Сильно зацепили. Из них в итоге родился персонаж, как бы это не смешно.

АТАКА
Мой залп ушёл, и я подвсплыл.
Старпом добрал балласта. Мы зависли.
На траектории смертельные послы
Уже цепляли цели линзой,
Минута - и мостов оплавятся мослы,
Сметутся небоскрёбов призмы...
Как говорится, «иже» вам и «присно».

...План был обширный и простой.
Генштаб назначил флотские ученья,
Где каждый показал, что стоил:
Стрелял, бомбил, гонялся за треской...
Акустика визжала нам в обеспеченье.

А в это время наши два макета
Стояли мирно у причала.
И всё, что надо, было в них нагрето,
И всё, что надо, штатно излучало.
Их спутники фиксировали это.

А мы, как водится, под самый под сочельник
Бесшумно, медленно, почти что бездыханно
Ушли под слой холодного теченья
И растворились в водах океана.

Задание — других не лучше и не хуже:
Пройти полшарика, себя не обнаружив,
До точки, где никто из нас не лазал.
Оттуда доложить и ждать приказа.

Мы пробирались к Антарктиде
По линии раздела дат.
Ни белый свет меня, ни я его не видел.
И океан, наш древний прародитель,
Хранил в скорлупку запечатанных ребят.

Лишь бледная морская тварь
Смотрела неподвижным круглым глазом,
Как нечто чёрное длины несообразной
Противно всем законам естества
Явилось, длилось и исчезло разом.

В холодных водах взяли курс на запад.
Я знал: мы нападём внезапно.
Они закрыли полюс перехватом -
Мы будем бить по ним через экватор.
Мы — методично и нахрапом,
И тихой сапой или на арапа,
И с сатанинской хитростью от Янгеля до вуду...
Я выполню задачу. Гадом буду.

В Атлантику мы вышли с юга
И взяли курс на север вдоль хребта.
За вахтой вахта следовала кругом.
Мы все почти возненавидели друг друга
На тренировках течей и атак.

Короче, на намеченную точку
Я встал по местному в час ночи.
Забросил буй и, подрабатывая малым,
Учитывая снос и направленье ветра,
Завис над пропастью разлома Боде Верде.
Координаты занесли в журналы.

Всё то же над разломом Вознесенья
Должна была проделать лодка Алексея.

И тут меня какой-то морок обволок:
Как будто расступился потолок,
Мне голову наполнил воздух,
И я движеньем танцевальным, грациозным
Оставил пост, покинул корпус
И бельевой, волнистой пластью ската
Всплыл и поплыл вдоль звёзд и вдоль пассата.
Дыша и наслаждаясь оттого,
Что не несу ответ ни за кого.

Но этот скоротечный парадиз
Прервал звонок. Звонил радист.
И ощущенье дежавю: я знал,
Что скажет он: «Зевс» прекратил сигнал».

А дальше — цепь технологических шагов.
За две минуты слили семь потов.
С отсеков и постов:
«Проверил — подтвердил — готов!..
Проверил — подтвердил — готов!..»
Расписана была, как партитура,
Бикфордовая эта процедура...

Я, Александр Зимин,
командир советского подводного
стратегического ракетного крейсера «Ростов»,
жизнью и честью отвечающий за страну,
сказал команду «Товсь!»,
сказал команду «Пуск!».

ПЕПЕЛ
Стратег волну утюжил и бодал.
Вода не спорила и уважала силу.
Она, разжатая передней полусферой,
Из синей становилась серой,
Окатывала чёрные борта
И пеною белёсой уносилась.
Поверхностью лукавилась вода.
Поверхность, впрочем, - вовсе не она:
Темнеющим пузырчатым массивом
Отвесно простиралась глубина.

Припомнилось само собой,
Как врач знакомый, китобой,
Рассказывал, что при перитоните
Он полость промывал забортною водой.
Такая уж подробность. Извините.

И я представил острова без птиц,
Гольфстрим, насыщенный осадками частиц,
Где рыба рыбой обжиралась втрое
И тут же разлагалась рыбьим белокровьем,
Озёра в отвратительных разводах
И хаотичные развалины заводов,
И нашу базу, школу, двор,
И белый чистый снеговой простор...
И снова пустоглазые дома без кровель.

...Уход с атаки — та ещё задача,
Инструкции на восемь серий.
Всё выполнил.
Акустик слушал север.
Сидит без майки, раскорячась,
Потеет широченная спина.
Уже плевать, кто первый начал.
«Ну что там, старшина?» -
«Там, командир, ВОЙНА».

Война. Вой-на. Вой-на. Вой...
Вон там в наушниках, за той спиной
Глубины вспенились шумами.
К едрене Фене и к едрене маме!
Остервенело и фронтально
Державы резались флотами.

Пошёл к ребятам по отсекам
Сказать, что все они герои.
Но внутренне был как-то не настроен
И чувствовал себя себе соседом.
И что-то в воздухе повисло -
По древу растекались мысли...
Кто смотрит в пол, кто чуть левее.
Мне показалось, или впрямь меня жалеют?
Хотелось всем раздать шампунь для тела -
Намыль, помой, опять намыль -
На лицах и в глазах осела
Тончайшего помола серенькая пыль.

Я говорил, что дома ждёт работа,
Что спишемся на берег — не до флота,
Что мы теперь — пожизненные братья...
А что ещё им мог сказать я?
И верили: раз сотворил «о боже мой»,
То лодку должен привести домой...

ВРАГ

Спиной к войне направился на юг.
Всё как на практике: ходи да изучай приборы.
Матросам ананасы выдают.
Кок что-то спрашивал про творог.
Старпому 35 - откупорили брют.

Под килем банки, котловины, желоба.
Всплывал под перископ, сверяли звёзды, шли.
Забудем атом: трёхмачтовый барк
Бушпритом тычет в краешек Земли...

В глубинах тишина, лишь иногда
щеглами щёлкали китовые стада.
Вдруг: «Есть контакт! Гражданские винты.
В насадках. Два винта,» - «Под перископ!»
Ого! То ни гроша, то вдруг алтын:

Спасатель океанский жёлто-синий -
Глазам не верю - тянет на тросу "лося".
(714, "Норфолк", Саражжен командиром)
Весь силуэт, обтянутый резиной,
Разложен в окуляре по осям.
Скажите «чиииз». «Второй торпедный! Товсь!"
Однако этот тир противен.

Враг жалок. Дифферент на нос,
На треть сухие лопасти винта.
На палубе в жилетах два матроса
И три спасательных плота.
Вот так и мне однажды довелось...

«Отставить «Товсь»! Всплываем!
Поднять флаг государственный и Флота!
Оповестить: «Торпедная стрельба!»
Буксиру: «Хода не менять. В эфир не выходить».
Лосю: «Пусть примут капитана Зимина».

Зараза-шлюпка завелась не сразу.
Со мною штурман, особист и четверо спецназа,
Поправив китель и наган,
Рванули в логово врага.

У них на огражденье выполз флаг,
Плеснул и сразу же ослаб.
Шарнирно развернулся трап.
Спецназ взбегает по рифлёным плоскостям.
Честь флагу — честь «гостям».

Без паузы: «Пройдёмте вниз» и лезу в люк.
Гебешника и штурмана — на связь и коды.
В отсеках слышно, как откачивают воду.
Спиною взгляды на себе ловлю
Далёкие от «Ай лав ю».

Каюта капитана. Сели с глазу на глаз.
«Сигару?» - «Нет» (я несколько снижаю наглость,
Но не раскашляться же мне теперь).
Я закрываю дверь.

РАЗГОВОР

Он должен был топить меня и Алексея
В проходах у хребта Уэст-Скоша
Южнее Огненной Земли.
Об этом и подумать тошно.
Мы там не шли, однако же могли.

А он словил всплывающую мину -
Скорей всего, от Аргентины -
Привет недавнего Фолклендского конфликта.
Мог стать героем, да вот фиг-то.
Чудовищный нефарт.

Сейчас идут на Байя-Бланка.
Я обнадёжил: мол, дойдёте.
Ответно расспросил об их Четвёртом флоте.*
Большая польза от подранка!

А далее
Мы полтора часа сопоставляли данные.
В итоге эта распечатка (на английском):

« Кочемасов топил Барбея. Клери топил Глотова. Лазарев топил Эберле. Фицтеллер топил Белогрива. Поваляев топил Конноли. Эйнсворт топил Шепеля. Казымов топил Смоута и Дюбо. Стрингхем топил Казымова. Баребин топил Фицтеллера. Чич топил Лазарева и Мартемьянова. Чернов топил Клери. Винслоу топил Кочемасова»

Для вдов — с примерным указанием квадратов.

Честь флагу. Шлюпке честь.

ДОМОЙ

На юг! На юг! Вдоль побережья Аргентины.
Первоисточник танго. Триста миль.
Пампасы, мериносы, куртки из ратина...
«Радист, ты музыкальным фоном истомил.
Пошарь-ка музыку в эфире.»

Но всюду скрипки, хор и слёзы «Лакримозы».
На длинных, на коротких — Моцарт, Моцарт.
Не ожидал! Вот так, по всем волнам...
Но — по кому? По ним? По нам?

Мысль странная пришла, сдвигая времена:
А может, это я, мальчишка-лейтенант
В своей морской парадной форме
И был тот самый «чёрный человек»?
И мне уже который век?

Но замполиту: «Оцените, как
Сменились музыкальные пристрастья Аргентины.
И осветите экипажу этот факт
С позиций правильных, партийных.»

В проливе Дрейка шторм — не приведи господь!
А мы на глубине крутили фильмы,
Где д'Артаньян пел про свою Гасконь
И Глеб Жеглов был обаятельным и сильным.

У них прошло пять залпов. Наших — два.
Про шахтных мы с Саражженом не знали...
А чуть погода — мы всплывали
Проветриться и ощутить великий Океан.

Нас уводила в золотое никуда
Необозримо плоская вода.
Ночами звёздам вторили поля планктона,
А днём мерещились киношные атоллы,
Где зыркают коричневые очи,
И девки все роскошны и охочи.

Хватало и без девок тем:
По курсу пара кашалотов предавалась браку,
Друг друга восхищая чёрным лаком
Своих божественно сложённых тел.
На них смотрел матрос и млел.

Мы шли тылами без малейших признаков войны,
И океан нам не доказывал вины.
Он жил своей просторной рыбной жизнью.
И я бы согласился, окажись в ней,
Простым марлином выходить из глубины...

Пройдя экватор, я ушёл на полтораста метров.
Храня опасливость и осторожность смертных,
В любой момент готовый к схватке,
Пошёл к Камчатке.

Осталось десять дней.

Четыре.

Завтра.

АЛЕКСЕЙ

Об Алексее - ничего.
Ни по приборам, ни по слухам, ни по связи.
Ни от врага, ни персонально от него.
Но без него рассказ мой недосказан.

Отсутствие следов и всяческих известий
Указывает только на одно: удар возмездия.
Недель на пять он затаился в глубине
В расщелине, во тьме кромешной.
И будет залп его вполне
Успе-е-ешшны-ы-ы-й...

0

68

Восемьдесят восемь.

0

69

Хочу гамак, море и мохито...

0

70

А они хотят, чтоб я закончил дизайн.
И... Откуда это у МЕНЯ вдруг долги по постам?

0

71

И, да, яблочный сок с мятой редкостная гадость.

0

72

и кто только додумался мяту добавить в сок?)

0

73

...фрутоняня.

0

74

никогда не идите работать. это сущий бесконечный ад.

+1

75

"... you can't fall asleep because reality is finally better than your dreams" (с)

+1

76

...................Фрутоняня помощь мамеее) и папе)

.... завтра экзамен..я типа так учу....

0

77

Я написал пост. Вроде логичный. Вроде намек на искру, на огонек. Не нравится. Не могу отправить.

0

78

И почему родственничков не выбирают...

0

79

Берлускони приговорили к 7 годам за связь с малолетней проституткой. Прокурор просил 6 лет.
Хм... Ну, могу сказать, что молодец - в 76 лет с проститутками развлекаться!) Тот, кто год к прокурорскому добавил, вестимо, обзавидовался)

0

80

Как изменить мою анкету, чтобы влиться в игру?

0

81

Ну, как тут пойдешь спать, если вы - оп! - и за одну команду?)

0

82

да ты издеваешься просто!!!

0

83

Я? Я?! Ну, я, да.

0

84

янепошлыйянепошлый...

0

85

А я пошлый.

0

86

в курсе. только у меня от тебя уже крыша едет. что ты делаешь со мной?

0

87

Да я уже молчу.
Пока что.

0

88

Иногда я начинаю завидовать своему коту.
Вот, например, сегодня.
У меня бессонница, а эта падла спит весь день. Да так сладко.
А ещё он кастрирован, и у него определенно нет моих проблем.
Хорошо ему...

0

89

чтобы я еще раз... больше никогда.

0

90

Старый совет с отжиманиями никак не помогает сейчас начать думать.

0


Вы здесь » Philadelphia: Smoke & Mirrors » FLOOD » О чем задумались?


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC